М Команда И О
11 Факел 23 26

Следующий матч: Краснодар (Краснодар) - Факел (Воронеж)

Предыдущий матч: Факел (Воронеж) - Ростов (Ростов-на-Дону) - 0:1

М Команда И О
1 Зенит 23 47
2 Краснодар 23 43
3 Динамо 23 38
4 ЦСКА 23 37
5 Локомотив 23 37
6 Крылья Советов 23 36
7 Спартак 23 35
8 Ростов 23 34
9 Рубин 23 32
10 Пари НН 23 28
11 Факел 23 26
12 Оренбург 23 26
13 Урал 23 23
14 Балтика 23 20
15 Ахмат 23 20
16 Сочи 23 18
Следующий матч
Краснодар
(Краснодар)
19 апреля 2024  
Краснодар
Краснодар
Анонс матча
Календарь
Факел
(Воронеж)
Предыдущий матч
Факел
(Воронеж)
0:1
14 апреля 2024  
Воронеж
Центральный стадион профсоюзов
Ростов
(Ростов-на-Дону)
Место Команда Игры Победы Ничьи Поражения Мячи Очки
1 Зенит 23 14 5 4 43-20 47
2 Краснодар 23 12 7 4 36-23 43
3 Динамо 23 10 8 5 36-31 38
4 ЦСКА 23 9 10 4 43-31 37
5 Локомотив 23 9 10 4 38-31 37
6 Крылья Советов 23 10 6 7 41-33 36
7 Спартак 23 10 5 8 29-28 35
8 Ростов 23 9 7 7 35-33 34
9 Рубин 23 9 5 9 20-29 32
10 Пари НН 23 8 4 11 21-26 28
11 Факел 23 6 8 9 19-25 26
12 Оренбург 23 6 8 9 27-30 26
13 Урал 23 6 5 12 22-36 23
14 Балтика 23 5 5 13 21-27 20
15 Ахмат 23 5 5 13 21-36 20
16 Сочи 23 4 6 13 24-37 18

Гюнтер Пильц: Без конфликтных менеджеров не обойтись


Профессор и дипломированный социолог Гюнтер Пильц с 1970-х занимается исследованием агрессии в среде футбольных болельщиков. Его авторитет в вопросах борьбы с насилием велик настолько, что к нему обращаются за консультацией не только соответствующие министерства и футбольные организации Германии, но и УЕФА, и ФИФА, и еще десяток комиссий, где он является постоянным участником.


– Господин профессор, в январе вы выступали с докладом на конгрессе по безопасности во Франкфурте-на-Майне. Как вы оцениваете результаты этого мероприятия? 
 
– Конгресс «Вражду в офсайд» проводился совместными усилиями Германского футбольного союза, Германской футбольной лиги и полиции. Следует признать, что он больше был рассчитан на привлечение внимания общественности, чем на достижение каких-то содержательных договоренностей. Гораздо важнее, чтобы вслед за ним последовали реальные действия. 

Но нельзя забывать, что в преддверии данного конгресса уже состоялись два семинара по теме «Фанаты и полиция. Устранение вражды»: один в Карлсруэ в июне 2009 года, его финансировал Фонд Даниэля Нивеля, второй в Ганновере в январе 2010 года – на деньги Министерства внутренних дел Германии, так вот там фанаты и полицейские общались друг с другом по три дня, делились своими соображениями, говорили, что их устраивает, и что мешает в работе, и пытались вместе найти решения проблем. Кроме того, в апреле 2010 года в Ганновере проводилось заседание под названием «Общение способствует безопасности», где обсуждались эти же темы. 

И вот если брать все это в комплексе, то действительно можно говорить о переменах, о том, что фанаты и полицейские делают определенные шаги навстречу друг другу. Конечно, такие встречи важны. 

В этом году мы собираемся продолжить упомянутые семинары совместно с Фондом Даниэля Нивеля и планируем проводить их теперь регулярно. Их цель – последовательное устранение вражды за счет более активного общения друг с другом. Я думаю, в будущем это, безусловно, должно привести к тому, что количество конфликтов между полицией и фанатами сократится.
 
– Как вы оцениваете развитие германского футбола с точки зрения безопасности в целом? 
 
 Ну, растет он или падает, сказать сложно. Во всяком случае, что касается стадионов, то тут уже ни о какой опасности речь точно не идет, стадионы превратились в «зоны повышенной безопасности». По сравнению с прежними временами, по крайней мере в 1-й и 2-й лигах, на стадионах стало намного спокойнее. Это связано и с новыми стандартами строительства стадионов, и всеми мерами безопасности, которые там принимаются. Так что на стадионах теперь ничего страшного не происходит.
 
– А вне стадионов?
 
 Вот именно. Проблема, конечно, не решилась сама собой, просто насилие вышло со стадионов на близлежащие улицы. И здесь, я думаю, его по крайней мере не стало меньше. Кроме того, мы наблюдаем, что правонарушения в среде ультрас становятся все более агрессивными, в них участвуют все более молодые люди, и все чаще насильственные действия направлены против полиции. Раньше такого не было. 
 
– Вы говорите о своих наблюдениях, сделанных в ходе научно-исследовательской деятельности. А как часто удается применять их на практике?
 
 Конечно, например, перед чемпионатом мира в Германии я проводил довольно интенсивные консультации с полицией, благодаря чему они решили использовать определенные механизмы конфликтного менеджмента в своей работе, и это увенчалось успехом. Я консультирую ФИФА, УЕФА, Германский футбольный союз, и я думаю, что благодаря таким консультациям мои клиенты пытаются отказаться от конфронтации и сделать выбор в пользу коммуникации, перейти от репрессивных мер – к превентивным. 
 
– То есть для вас очевидно, что полицейскими методами проблему насилия в футболе решить не удастся?
 
 Я бы сказал так: ее не удастся решить ни с помощью полиции, ни с помощью социальной работы, если не решать при этом структурные проблемы самого общества. Но безусловно верно и то, что полиция, полицейское насилие, силовые методы работы могут применяться только в качестве ultima ratio. Гораздо важнее пытаться решить проблемы заранее в ходе переговоров. 

В Ганновере применяется методика конфликтного менеджмента, разработанная как раз на основании тех рекомендаций, которые я давал футбольным организациям и полиции. Благодаря данной методике конфликты с применением насилия резко сократились. Раньше в Ганновере во время игр с повышенным уровнем риска (например, против команд из Дортмунда, Бремена или Ростока) приходилось задействовать 800-1000 полицейских, а сегодня безопасность тех же самых игр обеспечивают всего 250 сотрудников правоохранительных органов.
 
– Конфликтный менеджмент, о котором вы говорите, – это что, какие-то психологи, медиаторы, как в бизнесе? То есть люди, которых приглашают помочь в проведении зашедших в тупик переговоров?
 
– Совершенно верно.
 
– А вы могли бы подробнее рассказать о том, кто эти люди по профессии и как именно они работают с болельщиками?
 
 Наши конфликтные менеджеры – это сотрудники полиции, прошедшие специальное обучение, которые в дни игр работают в штатском и используются только для того, чтобы общаться с болельщиками в конфликтных ситуациях. 

Вот, представьте, что на следующей неделе команда из Санкт-Петербурга будет играть в Ганновере. Ваша команда, ответственные по работе с болельщиками, лидеры петербургских фан-клубов (известных ганноверской полиции) за неделю до игры получат письма, где будет сказано: «Добро пожаловать, мы рады вашему визиту, у нас разрешается это и это, а вот это – запрещено. Причем, это запрещено и фанатам Ганновера. При нарушении данных правил, мы будем вынуждены принять соответствующие меры. На вокзале вас встретит не тяжеловооруженный отряд специального назначения (хотя он будет рядом, но вы его не увидите) – а четыре менеджера, одетых в оранжевые жилетки. Они вас встретят на вокзале и проводят до стадиона. Если у вас возникнут какие-то проблемы, пожалуйста, обращайтесь к ним». Если же какие-то проблемы начнутся в среде фанатских группировок, то сначала вмешается не полицейский отряд, а конфликтный менеджер. Он предупредит: «Слушайте, ваши ребята ведут себя недопустимым образом, поэтому либо решите данную проблему сейчас между собой, либо через 10 минут здесь будет наряд численностью столько-то полицейских и все закончится с их помощью».
 
– И часто в Ганновере применялась такая практика?
 
 Впервые мы использовали ее во время чемпионата мира в 2006 года. Затем в тестовом режиме на играх Бундеслиги в сезоне 2006/2007 гг., потом мы еще немного доработали ее, и теперь данная модель регулярно применяется при каждой игре. По опыту прошедших лет можно сказать, что, во-первых, теперь для обеспечения порядка в дни игр требуется не 850, а 250 полицейских, во-вторых, резко сократились столкновения с применением насилия – в 80% случаев после предупреждений со стороны конфликтного менеджера последующее вмешательство полиции уже не требуется.
 
– Это было ноу-хау чемпионата мира, а есть ли какие-то принципиальные различия в отношении обеспечения безопасности на международных турнирах и в рамках национальных чемпионатов?
 
 На мой взгляд, нет. В Германии разработана так называемая Национальная концепция «Спорт и безопасность», которая применяется и в играх Бундеслиги, и на международных соревнованиях. 
 
– Кто вносит основной вклад в обеспечение безопасности: полиция, футбольный союз или фанаты?
 
– Тут я не совсем согласен с постановкой вопроса. Ведь важнее всего – что именно предпринимает каждая сторона? Если полиция будет работать по принципам, действующим в Ганновере, то она, безусловно, будет важным фактором безопасности, не менее важным, чем команды, работающие со своими фанатами, и социальные работники, действующие в своей области. Все элементы системы безопасности одинаково важны, и все делают равнозначный вклад. 
 
Но если полиция только применяет силу, то это неконструктивно и неверно. Как раз об этом сказано и в Национальной концепции «Спорт и безопасность»: для поддержания порядка должны применяться в первую очередь превентивные меры, и только в крайнем случае – репрессивные, при этом основным инструментом превентивного аспекта является общение.  
– В Германии уже долгое время действуют так называемые фан-проекты. Как вы к ним относитесь?
 
 Первый фан-проект был основан в Германии в 1985 году, а позже была принята Национальная концепция «Спорт и безопасность», согласно которой каждому профессиональному футбольному клубу предписывается иметь свой фан-проект, который, впрочем, относится не столько к клубу, сколько к городу, в котором данный клуб зарегистрирован. 

В этих организациях должны числиться по крайней мере два профессиональных социальных работника. Финансируются фан-проекты следующим образом: треть расходов оплачивает соответствующая федеральная земля, треть – город, треть – футбольный клуб. Фан-проекты не являются фан-клубами, это социально-педагогические учреждения, и что очень важно – они независимы от футбольных клубов, то есть ими руководят либо отдельные лица, либо городские администрации. Но, тем не менее, у каждой команды такой фан-проект должен быть. Так же как у нее должен быть и сотрудник, ответственный за работу с болельщиками. Можно сказать, что ответственный за работу с болельщиками представляет интересы команды перед болельщиками, а фан-проекты представляют интересы фанатов перед футбольными клубами. Ну и, конечно, фан-проекты занимаются социально-педагогической работой с агрессивно настроенными молодыми людьми. 
 
– Господин профессор, что вы думаете по поводу запрета на продажу алкоголя на стадионах?
 
– Мы знаем, что алкоголь является огромной проблемой, особенно при выездах болельщиков на игры в других городах, и что именно он часто бывает причиной проявления насилия. Но речь идет не об алкоголе, который продается на стадионе! Фанаты напиваются по дороге, подходят к стадиону уже пьяные. Так что употребление алкоголя на стадионе проблемой не является, и поэтому его продажа на стадионах в Германии не запрещена. 
 
Алкоголь активно распивают по пути к стадиону. Поэтому сейчас применяется, и довольно успешно, контроль на трезвость перед стадионом. Благодаря этому пьяные на стадион не попадают. Но еще важнее предостерегающий эффект: многие молодые люди, отправляясь на выезд, еще десять раз подумают, стоит ли напиваться в поезде и рисковать не попасть на стадион, проделав такой длинный путь зря.
 
– Этот контроль проводится прямо у входа на стадион?
 
 Да, если кто-то из болельщиков выглядит нетрезвым, его проверяют с помощью специальной аппаратуры, и при концентрации алкоголя в крови боле 1,3 промилле доступ на стадион не разрешается. Это применяется пока не на всех стадионах, но те, кто ввел у себя такую систему, делают проверку регулярно, на каждой игре. 

Опять же у этой меры есть очень важная превентивная функция – многие молодые люди, опасаясь такого контроля и угрозы пропустить игру, отказываются от идеи напиться перед стадионом.
В Германии довольно хороший результат показали меры по запрету употребления алкоголя в поездах некоторых частных железнодорожных компаний – например компании Metronom, чьи поезда ходят из Гамбурга в Геттинген. После введения запрета на алкоголь в этих поездах, там практически прекратились случаи вандализма и применения насилия. К сожалению, на федеральном уровне ввести соответствующие правила пока не удается.
 
– Как вы считаете, могут ли на секторах работать полицейские в штатском или они всегда должны быть в униформе?
 
 Вы, вероятно, имеете в виду специальных сотрудников, курирующих фанатские группировки. В их задачу входит поддержание контактов с фанатами, наблюдение за развитием различных настроений в фанатской среде. Но не надо думать, что они работают под прикрытием. Их личности так хорошо известны фанатам, что совершенно не важно, в штатском они или в форме, – фанаты знают их в лицо. Эти сотрудники, например, сопровождают фанатов на выездах. Причем многие работают в этой должности больше 10 лет, они едут вместе с фанатами в поезде, общаются с ними, некоторым сотрудникам даже удается поддерживать вполне хорошие отношения с некоторыми группировками. Не думаю, что здесь так важно наличие формы. 
 
Даже наоборот, в среде ультрас человек в униформе всегда сразу вызывает агрессию, а с полицейским в штатском они готовы иметь дело. Как раз на одном из семинаров, о которых я говорил в начале, один фанат сказал открытым текстом: «Мне не о чем разговаривать с полицейскими в форме».
 
– А что вы думаете о таком способе решения проблемы насилия как повышение цен на входные билеты на стадион? 
 
 А зачем? Я же говорю, у нас давно нет никаких проблем с насилием внутри стадионов. Все проблемы снаружи, и повышение цен никак на них не повлияет.

Что касается повышения цен в принципе – то эта проблема действительно обсуждается и в Англии, и в Германии. Если постепенно превращать стадионы в оперные театры, то можно убить саму душу футбола, и матчи – без присущей футболу атмосферы – станут смертельно скучными, и в конечном итоге перестанут быть интересным маркетинговым продуктом. 

Фанаты и настроение, которое они создают на трибунах, необходимы всем нам. А безоглядная замена публики на все более и более состоятельную может обернуться катастрофой. 

Например, в 1998 году во время чемпионата мира во Франции, игроки французской сборной жаловались на то, что на стадионах «нет атмосферы» – капитан Дидье Дешам сказал о зрителях: «Они как будто в театр пришли», а Франк Лебеф вовсе предложил не пускать на стадион людей в галстуках. Они правильно почувствовали тенденцию: появилась публика, для которой поход на стадион – это некое культурное мероприятие на целый вечер: на стадион можно прийти за два часа до начала игры, поесть и выпить в удобных ложах, нехотя прерваться на просмотр матча и потом продолжить отдых. Это гибель футбола. Посмотрите, что произошло в Англии после поднятия цен на билеты, – вся былая атмосфера пропала. И, конечно, это не решение каких-то проблем, связанных с насилием, а лишь их перенос за пределы стадиона. 
 
– Как вы думаете, стоит ли информировать общественность о противоправных действиях фанатов? Не является ли широкое освещение беспорядков в СМИ своего рода поощрением для хулиганов? 
 
 Я думаю, умалчивать о таком нельзя, это дело общественности, ведь все это – часть происходящего в обществе. Необходимо вести открытую дискуссию на эти темы. При этом не стоит излишне драматизировать ситуацию, но и недооценивать опасность тоже нельзя. 
 
– Вы говорили о сотрудниках клубов, отвечающих за работу с болельщиками? Должны ли они находиться на секторах во время матча? Или там достаточно стюардов?
 
 Стюарды отвечают только за доступ на стадион, провожают зрителей на их места и пр. Ответственный за работу с болельщиками должен поддерживать контакты с фанатскими группировками, представлять интересы команды перед болельщиками, и, вполне возможно, что в интересах команды такой сотрудник будет вынужден запретить кому-то из болельщиков посещать стадион. Причем если раньше ответственные за работу с болельщиками работали на общественных началах, то со следующего сезона такая должность в большинстве клубов будет штатной. Конечно, в их обязанности входит, кроме прочего, и сопровождение фанатов на выезде, присутствие на фанатском секторе, ведь фанаты всегда должны иметь возможность обратиться к такому человеку.
 
– Вы ведь занимаетесь не только футболом, скажите, а в других видах спорта в Германии есть агрессивные болельщики?
 
 Крайне редко беспорядки возникают по вине хоккейных болельщиков. В Германии футбол все же отличается от всех видов спорта несравнимо большей привлекательностью и общественной ценностью. Но, например, в соседней Швейцарии ситуация с агрессивными фанатами в хоккее как минимум настолько же серьезна, как в футболе.
 
– Господин профессор, вы возглавляете университетский факультет с емким названием «Науки о спорте». Что входит в это понятие в Германии?
 
 В Германии в каждом университете есть факультет, посвященный наукам о спорте. Там либо готовят учителей физкультуры для школ и вузов (например, у нас в Ганновере как раз такая педагогическая направленность), либо занимаются исследованиями – готовят дипломированных специалистов, как правило по четырем направлениям: педагогике, кинезиологии, медицине и социологии, которые называются соответственно «Спорт и воспитание», «Спорт и движение», «Спорт и здоровье», «Спорт и общество».
 
– Насколько я знаю, в одной из первых ваших научных работ речь шла, кроме прочего, и о насилии в женском спорте? Скажите, а там тоже бывают жесткие фанаты?
 
 Ну, в работе-то речь шла не о зрителях, а о развенчании мифа, что, мол, насилие и агрессия – это привилегия мужчин. И я на примере спорта высоких достижений как раз демонстрировал, что это не так. 
 
Если говорить о фанатах женского футбола, то там мало агрессии, просто потому что это не такое массовое явление, но зато есть очень серьезные женские фанатские группировки в мужском футболе.
 
– На что бы вы посоветовали обратить внимание в сфере борьбы с насилием?
 
 Говоря о проблеме насилия в футболе, нельзя забывать, что насилие существует не только на виражах, но и на поле, то есть среди игроков и тренеров. Я думаю, и тренеры, и игроки должны осознать, что они являются примерами для подражания, и что своим неподобающим поведением они порой способны вызвать эмоции болельщиков, которые и могут перейти  в насилие. 
 
Клубы должны понять, что фанаты – это не только люди, приносящие деньги в клубную кассу. Нельзя заниматься только их эксплуатацией, надо внимательнее к ним относиться, считаться с их потребностями. Например, сейчас в Германии идет активная дискуссия о легализации пиротехники на трибунах. И поиск возможности под контролем и легально пользоваться пиротехникой на стадионе – это пример хорошего взаимодействия двух сторон. Я считаю, что необходимо разрешить определенную категорию пиротехнических средств на стадионе.

Крайне важно развивать социально-педагогические мероприятия, фан-проекты. Сейчас их история в Германии насчитывает уже 25-26 лет, и мы видим, что именно они сделали важнейший вклад в то, чтобы удержать агрессию в фанатской среде в допустимых рамках. С этим мнением согласны и представители полиции.

Полиция же должна, на мой взгляд, думать о стратегических принципах работы. Известно множество случаев, когда вмешательство полиции вело к эскалации насилия. Уже одно это свидетельствует о том, что полиции необходимо менять стратегию своих действий.

Я являюсь приверженцем идеи использования конфликтных менеджеров в футболе. Считаю, что без этого не обойтись. Эффективность использования таких сотрудников просто очевидна: я уже говорил – там, где раньше требовалось 800 полицейских, теперь достаточно 250, причем 150 из них занимаются сопровождением особо важных персон и регулированием дорожного движения.

Очень важно, чтобы все участники дискуссии постоянно обменивались информацией друг с другом и совместно искали пути решения проблем. Если наладить такое общение, то можно будет решить любые вопросы. Это доказывают и научные исследования, и практический опыт, и высказывания фанатов.

(с)

http://nfpm.ru/

Комментарии всего 0
Вам, необходимо авторизоваться

25 тур, ПЛ - 2023-2024



Факел Воронеж