Земля пухом Евгению Щёголеву. Он из тех, кто не меняет команду, где начал играть. Его звали в столичную команду вышки, но он остался, планируя повышение в классе вместе с Трудом. Я застал его, горжусь. Более патриота Воронежа, чем он, не бывает. Невозможно было представить состав Труда 74-76 без Щёголева на левом краю защиты. Это представить Милан без Мальдини, Реал без Марсело, Динамо (Тб) без Сулаквелидзе, Факел без Шашкина, Ливерпуль без Нила, Спартак без Хлестова. Более, чем трудно. На поле это был клещ, паук, цепкий, непроходимый, против кого было неприятно играть, ибо свободе приходил конец. И договориться было нельзя.
Не забыть трагический осенний матч против Кубани - 77, когда они шли первыми, на очко опережая Факел и имея игру в запасе. Факелу для решения задачи по ПД, край была нужна победа. На разминке 30 тысяч болельщиков вдруг не обнаружили московских шабашников, вокруг которых строилась игра Факела - Папаева, Тукманова, Абрамова, а вышла молодёжь Чеботарёв, Васильев, Погребнюк + старая гвардия Проскурин, Симоненков, Сухоруков, Щёголев, Малюкин, Архипов. Вот как сейчас стоит перед глазами, в такой же степени явственный, как гол Муханова Металлисту, гол Васильева в самом начале второго тайма в северные ворота, когда Факел сравнял 1:1, и надежда возродилась, и Щёголев со своего угла через всё поле помчался к автору гола за обнимашками, наверно, первый успел к Васильеву. В конце, конечно, было опустошение, жить не хотелось, как после того же Металлиста, ибо Кубань не только выиграла 3:2, но и оторвалась от нас, имея матч в запасе. Покойся с миром, Евгений Алексеевич.