или вот, допустим, Платини - он француз или итальянец все-таки?

Навеяли ваши "изыски" про давно избитую тему - кого можно считать евреем? Прекрасный фантастический рассказ Уильяма Тенна "У нас таки на Венере есть свой рабби!" - про межгалактическую еврейскую конференцию, куда прибыли некие "бульбы" с какой-то планеты и вызвали дискуссию - можно ли их считать евреями, если они соблюдают все обычаи?

Вот еще на тему выдержка по ссылке http://www.lechaim.ru/ARHIV/232/novinki.htm:

Главный — и единственный — месседж сборника незамысловат: где бы ни жил еврей (в России, в Америке, в Атлантиде, в созвездии Кассиопеи), какое бы имя ни носил (англосаксонское, эфиопское, марсианское), чем бы ни занимался (преподаванием, фермерством, космическим извозом), он все равно сохранится в виде некой навсегда застывшей, как муха в янтаре, национальной константы: суетливого, болтливого, чадолюбивого, скаредного, иногда романтичного и непременно упертого существа, которое везде (на Земле, на дне морском или на планете Ригель-7) и всегда (в ХХ, в ХХХ или в ХХХХХ веке) будет изъясняться с комическим акцентом, смешно пугаться, скушав трефное вместо кошерного, трепетать при слове The Pogrom и ежеутренне осмыслять свою этнорелигиозную идентичность, вглядываясь в туалетное зеркало.

В этом зеркале может отразиться человек, а может — создание «длиной с руку и толщиной с голову» («Таки у нас на Венере есть раввин» Тенна), или многорукий монстр «на коротеньких гусеничных ножках» («Как я искал Кадака» Эллисона), или зеленый кентавр («Дибук с Мазлтов-IV» Сильверберга), или хотя бы ворона («Еврей-птица» Бернарда Маламуда). Суть дела не меняется: героев будет волновать лишь увиденное в зеркале (что там? лицо еврейской национальности? жидовская морда?), а читателю будет предписано в очередной раз удивиться контрасту причудливости форм и неизменности их содержимого…